Заметки Владимира Бровкина о Казахстане и прочем

Почем простокваша в Беотии или Казахстан, Аристофан, Дмитрий Фурманов и друг Колька

И так – Казахстан.

По поводу событий в котором не высказался, кажется, только ленивый.

Но я там жил, регион этот знаю неплохо и  грех было бы по этому поводу промолчать.

Машина там ремонту не подлежит.

И это объясняет там все.

В том числе и прогноз на завтрашний день.

По всем азимутам.

Впрочем, если быть точным — машина не подлежит ремонту по списку и далее…

Объясняя весь вокруг лежащий расклад и ума и прозорливости всех говорящих пафосно голов, в том числе и бородатых, по полочкам.

Как ни кстати — читаю  Аристофана.

«Всадники».

Там, в этой  двухтысячелетней давности истории (странно названная комедией, хотя если быть честным — а вся сегодняшняя история — это разве не комедия?) да еще с хвостиком — ведь все обжигающе — про день сегодняшний.

И блогеров никаких чиканутых слушать даже не надо.

Особо там умиляет меня реплика одного знакового персонажа.

Домогавшегося власти.

«А простокваша дорога в Беотии?»

Там же, кстати им, Аристофаном, указана цена разрешения этого злого как и всегда и везде социально-экономического вопроса —  за горсть луку и зелени.

Ай да Аристофан!

Припомнился разом со всеми подробностями и  бессмертный фурмановский роман «Мятеж».

Который мало кто читает.

Но где все расписано по части всех мятежей до последней буковки.

Особо там впечатляет сцена, как  горком партии в полном составе со знаменами и транспарантами шествуя по центральной улице Верному перешел на сторону мятежников.

Это была такая запредельная иллюстрация тому, что так давно ли ужасно и очевидно творилось на наших глазах.

Что до меня — то я более чем неплохо знаю Казахстан.

Я  жил на юге Казахстана и юг республики знаю.  В 1967 году в Чимкенте  был подобный мятеж, жестокий и кровавый и отголоски его часто присутствовали в рассказах тех, кого я там знал.

Уже знаковость того мятежа была в том, что его приезжал разруливать не кто либо, а член Политбюро Кириленко.

Встречался, помнится, он тогда с рабочими коллективами города.

Тогда в город вводили из Ташкента войска.

Тоже был в городе комендантский час.

Историю эту я, а я человек всю жизнь был любопытный, знаю.

Увы – все имеет в этой жизни продолжение.

Мой друг из Алма-Аты Колька, он участвовал в составе рабочей дружины знакового алма-атинского завода имени Кирова, ныне кажется уже подрезанного окончательно под корешок, в ликвидации мятежа в Алма-Ате в 1986 году  и стоял там трое суток на площади.

Той же, черт возьми, самой!

Сегодня живет в самом эпицентре всех сегодняшних событий.

С ним мы постоянно перезванивались.

Я как раз пытался ему дозвониться и этот раз, поздравить его с Новым годом.

А он там вот оказался какой!

image description