Александр Лобанов: «Коммунизм истребить невозможно!»

Наши противники пытаются уверить народ,  а главное, самих себя, что с коммунизмом покончено раз и навсегда, а сейчас в компартии состоят выжившие из ума старики и старухи, со смертью которых сойдёт со сцены и это «извращение человеческого духа».

Но коммунизм не 7 ноября появился и даже не с «коммунистическим  манифестом» и истребить его невозможно.

С коммунизма, то есть с общности людей, с отсутствия частной собственности, то есть с отсутствия присвоения чужого труда началась человеческая история. Да, частная собственность явление неизбежное, и для определённого этапа необходимое, но исторически временное и несправедливое.

И эту несправедливость, когда один обжирается, а другой умирает с голоду, один мёрзнёт в лачуге, прикрываясь лохмотьями, а другому возводят дворцы и одевают в заморские платья, нельзя оправдать никакими религиозными либо либеральными проповедями..

Причём несправедливость такого порядка ощущают даже те, кто этот порядок защищает и одобряет, потому что сам боится очутиться в числе нищих и голодных. Именно потому, что они не чувствуют себя вполне правыми, они и подавляют всякую возможность сопротивления, всякое стремление к равенству.

Мы не знаем идеологии восстаний рабов времён Древнего мира, присутствовало ли там стремление к равенству либо просто угнетённые желали поменяться местами с угнетателями, но уже в раннем христианстве явно присутствую коммунистические элементы, отвержение богатства и призыв к равенству.

Более определённо отрицание богатства и утверждение равенства людей было высказано основателем манихейства, персидским проповедником Мани, с которого по приказу шаха в 276 году с живого содрали кожу.

После крушения государств древнего мира и натурализации жизни спадает и острота противостояния угнетателей и угнетённых, богатых и бедных, но по мере того, как возрастает товарообмен, возрастает и пропасть между нищетой и богатством,  возрастает острота противостояния богатых и бедных, борьба бедных с богатством принимает уже оформленные формы.

Первыми такими выступлениями были движение богомилов в Болгарии и манихеев во Франции и Италии, а затем и в Германии в X- в начале  XI. И богомилы и манихеи осуждали богатство, а наиболее радикальные – отвергали вообще всякую частную собственность. Еретиков изгоняли, сжигали, но подавленное, казалось, движение к равенству вспыхивало с новой силой.

В середине XI века сторонникам равенства, патаренам, удалось одержать верх в Милане. Они изгнали архиепископа и его приспешников и позакрывали церкви, однако, ненадолго. Руководитель патаренов, Арнольд, был зверски убит, а патаренов изгнали из Милана.

В начале XII века христианская ересь, отвергавшая частную собственность, охватила область Суассон во Франции, и это движение также жестоко подавили.

Но даже тогда, когда богатство и частная собственность отрицались не для всего общества, а только для избранных, для священнослужителей, это вызывало бешеную ярость власть имущих.

Так был опустошён юг Франции, где было велико влияние альбигойцев (катаров), где посвящённые, имеющие власть, катары должны были вести праведную жизнь и не иметь частной собственности.. Именно во время штурма одного из городов катаров папаский легат Амальрик произнёс свои знаменитые слова: « Бейте всех. Господь узнает своих!». И били, истребив 60 тысяч человек.

Ну ладно, катары вроде бы и не христиане. Но преследовали, и жестоко, спиритуалов, монахов, решивших на практике претворить в жизнь призыв святого Франциска Ассизского(1182-1226гг) отказаться от собственности и добывать пропитание физическим трудом. Особо жестокому преследованию спиритуалы подверглись при папе  Иоане XXII (1316-1334), когда сотни их пошли на костёр за отказ нарушить обет нищеты и целомудрия. Казалось бы, за что? Люди верят в бога, никому не мешают. Но логика в этом была. Все обжираются, дерут три шкуры  с ближних и дальних, развратничают, а тут нашлись оригиналы, образованные и при сане, которые никого не притесняя живут своим трудом. Во первых, это укор для совести угнетателей, а во вторых – пример для угнетённых.

Угнтённые и в самом деле поднимались на борьбу. В XIII – начале XIV века во многих местностях центральной Европы распространилось движение братьев и сестёр святого духа, которые не только отрицали богатство для себя, не только сами жили своим трудом и отрицали церковную обрядность, но и требовали этого от церковной иерархии. Братья и сёстры святого духа были истреблены, но вместо них возникали другие крамольные движения: Люди Божьи, Друзья Бога, Люди Ума.

На севере Италии это были апостольские братья, которыми руководил Герард Сегарелли из Пармы, требовавший общности имущества и всеобщего равенства. В 1294 году Сагарелли посадили в тюрьму, многих его сторонников сожгли, но движение не прекратилось. И когда, в 1300 году инквизиция возобновила процесс и сожгла Сагарелли, жители Пармы разгромили дворец инквизиции. Программой восставших была простота первоначального христианства, учреждение христианской республики, свержение светских насильников и богачей во имя бедных и угнетённых. По приказу папы Климента против мятежников было организовано три крестовых похода.  23 марта 1307 года крестоносцам удалось разгромить восставщих. Их руководители – Дольчино, Маргарита и Лоджио Каттанео были взяты крестоносцами и переданы инквизиции в г. Вергелли. Несколько месяцев они были прикованы за ноги, за руки и за шею к стене, несколько месяцев их пытали. 1 июня Маргариту сожгли на медленном огне на глазах у Дольчино. Дольчино после этого долго возили по городу на колеснице вырывая раскалёнными щипцами один кусок тела за другимю  Так же казнили в городе Бьелли и Каттанео. Никто из них не молил о прощаде.

Несколько десятилетий спустя секта возродилась под новым названием последователей духа свободы, хотя на этот раз прежнего размаха движение не получило. Да и вообще произошло некоторое снижение интенсивности собственно коммунистических, уравнительных настроений.  Пришла пора реформаций и революций и жажда отмщения угнетённых находила свой выход в борьбе против наиболее одиозных, наиболее ненавистных угнетателей. Но всегда, когда рабочий люд участвовал в борьбе одних эксплуататоров против других, когда происходили Великие Революции, всегда возникало крайнее, уравнительное направление, против которого начинали борьбу уже сами революционеры.

Так в ноябре 17 года, правда, не 7, а 20 и не в 1917, а в 1417 г Мартин Лютер прибил к дверям храма, где он служил священником, “кондиции”, поднявшие широчайшие народные массы против папы и католической церкви в целом. Это была первая буржуазная революция, устанавливающая ещё не капиталистический способ производств, но буржуазный способ перераспределения, снимавшая препоны  на путях развития свободного буржуазного рынка. Но эпоха религиозных войн реформации вызвал крестьянскую войну  Мюнцера, войну богатых против бедных, войну за равенство. И Великая Английская, и Великая Французская революции приводили к тому, что вслед за Кромвелем и Робеспьером поднимали голову уравнители, которые говорили: “ну и что? Раньше нас грабили феодалы, теперь буржуи. Уж если мы против угнетения, то против всякого угнетения. И если вы требуете равенства прав, то мы требуем равенства возможностей”.

Именно коммунистические настроения и коммунистические секты и общества, порождённые Великой Французской революцией, и были той питательной средой, что породила марксизм.

Россия не знала столь ярко выраженных и идеологически оформленных раннекоммунистических движений, как движение апостольских братьев. Единственным проявлением уравнительных тенденций внутри православной церкви  можно, пожалуй, считать  движение нестяжателей во главе с Нилом Сорским, получивши распространение во времена Василия 3. Нил Сорский провозглашал, что церкви ни к чему накапливать богатства на земле, монахи должны жить своим трудом, с ересью надо бороться пастырским словом, а активно участвуя в политической жизни страны церковь должна играть роль третейского судьи, роль совести народной. Но победил, естественно, Иосиф Волоцкий, откровенно ставший на сторону царской власти и считавший, что церковь должна стать сильнейшим  и богатейшим феодалом,  и всегда должна  быть готова ответить на ересь казнью еретика. Правда, в России еретиков жгли не принародно, на кострах, а “скромненько”, в закрытых срубах. И мук не видно, и крики не так слышны. Правда, надо православным священникам отдать должное, в отличие от своих западных коллег они с женщинами не воевали, массового сожжения ведьм не было.

Крестьянско- плебейские движения в России никогда не были так идеологически оформлены, как на Западе и, возможно потому, что крестьянские войны Разина, Болотникова, Пугачёва разрастаясь сразу же вовлекали в себя представителей разных религий  и религиозно-идеологическое оформление, единственно возможное в тех условиях, простите за каламбур, было невозможно. Лозунги всех крестьянских войн России –за землю, волю и свободу вероисповедания не выходили за пределы буржуазных лозунгов, но практические действия восставших были радикальнее их лозунгов.

Религиозное оформление коммунистических устремлений широких бедняцких масс получало в распространении различных сект в XIX веке, но время религиозного коммунизма уже прошло, и народ получил идеологию, отвечающую его устремлениям, в большевизме.

И как бы ни старались замолчать итогов Октябрьской революции наши противники, впервые революция не заменила одну форму частной собственности другой, а ликвидировала одну из наиболее значимых и очевидных форм частной собственности – частную собственность на средства производства.  И впервые выравнивание качества жизни, смягчение имущественного и социального неравенства стало не кратковременным актом восставших рабов, а долговременной государственной политикой.

И падение советского строя произошло не потому, что народ отверг социализм, а потому что отверг непоследовательную, нерешительную политику советского руководства в движении к коммунизму, в движении к равенству. Я имею в виду не примитивную уравниловку, а расширение прав и возможностей.

Но прошло уже довольно времени и у народа есть возможность сравнить что было и что стало, когда была жизнь справедливей. А тяга к справедливости неистребима.  Даже если представить невозможное – властям удастся зомбировать людей до такой степени, что само слово коммунизм будет вызывать отвращение и ужас у всех без исключения, всё равно коммунизм возродится под другим названием и в другой оболочке.

Частная собственность была необходима для создания цивилизации. Цивилизация создана. Время частной собственности прошло и человечество должно постепенно освободиться от всех её форм. Александр Лобанов.