Александр Лобанов: «Это иллюзия, что революции делаются революционерами»

Сейчас усиленно распространяется мнение, что все революции это результат влиянгия внешних сил, разлагающих общество. И если раньше всё валили на большевиков, разваливших империю на деньги Парвуса, то теперь всё больше говорят о агентах Антанты.

В общем то понятно – сейчас наиболее активна либеральная оппозиция  и власти надо дискредитировать «навальнят», а заодно и всю оппозицию в целом.

Поэтому сейчас начало Великой Русской революции 1917 года объясняют тем, что после того, как стало ясно, что победа Антанты неизбежна, надо было исключить Россию из числа победителей, отодвинуть от дележа добычи.

Но «англичанка гадила» России начиная с времён  Ивана Грозного, но глобального результата никогда не достигала. Да и вообще иностранная агентура и ориентирующаяся на иностранное мнение оппозиция существуют всегда, как всегда в организме существуют микроорганизмы, но здоровому организму, с сильным иммунитетом,, государственному или биологическому оущественно повредить они не в состоянии.

А сейчас пытаются внушить, что февральская революция была организована ориентировавшимися на Англию заговорщикам. Но фокус в том, что начало революции никак не было связано с заговорщиками. Более того, они стремились предотвратить массовые выступления, опасаясь, что это может сорвать их планы по изоляции и аресту Николая 2.

Революция началась в феврале по старому стилю, а по новому – 8 марта и здесь совпали два события – забастовка и локаут(то есть поголовное увольнение всех забастовщиков) на одном из цехов Путиловского завода и демонстрация женщин – работниц  в честь международного дня женщин – работниц, недовольных перебоями в снабжении хлебом. Путиловцы тоже вышли на демонстрацию и, увидев, как полиция разгоняет демонстрацию женщин пошли по заводам с криком – пошли на улицу, там наших баба бьют.

И ведь пошли, хотя всем, бросившим работу, грозило увольнение, лишение брони и отправка на фронт. И при чём здесь агенты влияния?  Чуть раньше меньшевики пытались организовать демонстрацию в день открытия заседаний государственной Думы, несмотря на предварительную подготовку, агитацию, пришло всего  ничего. А тут весь город поднялся и ни полиция, ни даже стрельба войск на поражение людей остановить уже не могли. Более того- на следующий день  волынцы отказались стрелять по демонстрантам , убили командира и перешли на сторону восставших. Даже казаки, всегдашняя опора режима, тоже отказались участвовать в разгоне женщин и более того – убили командира жандармов.

Говорят, что перебои с поставками хлеба были организованы искусственно  заместителем (по тогдашнему – товарищем) министра путей сообщения Ломоносовым. Но ведь основным лозунгом женщин было – верните наших мужей с фронта!   И даже если действительно перебои с хлебом были организованы искусственно – с чего бы это чиновнику очень высокого ранга, человеку обеспеченному ставить на кон свою карьеру?

А участники антимонархического заговора, Алексеев, Деникин, Корнилов вовсе не были ниспровергателями основ, отстранением  Николая они хотели предотвратить смуту –хотя должны были бы понимать, что во время войны устранение главнокомандующего – это  неизбежно смута.

Просто –долго копившееся недовольство прорвалось наружу. И локаут, и нехватка хлеба – это только повод.  И вроде бы на фронте закончился снарядный голод, и брусиловский прорыв был, и Распутина больше нет, но всё – припёрло – больше так жить нельзя. И это настроение стало общим  и для думцев, типа Милюкова и Гучкова, несмотря на разницу их политических взглядов, и для генералов, и для солдат запасных полков и для пролетариев.  Как жить дальше – каждый представлял по своему, а многие вообще об этом не задумывались, но то, что дальше жить так нельзя было настроением общим.

Надо сказать, что громче всего кричат о ставленниках Англии и больше всего слёз льют  о судьбе Николая наши церковники.  Вот только забывают о том, что когда правительство  обратилось к конфессиям России прийти на помощь Монархии, русская православная церковь это призыв проигнорировала и встретила опадение монархии с восторгом, рассчитывая на восстановление патриархии.  Вообще откликнулись только российские католики, отказавшиеся  исполнять религиозные требы участникам антиправительственных демонстраций.  Вероятно это потому, что их папа был в Ватикане и каких то надежд на изменение своего положения в случае смены режима они не испытывали, в отличие от православных или мусульман.

В этом то и смысл революционной ситуации –низы не желают больше жить по старому, а верхи больше не могут управлять по старому – классическая формула Ленина.

Но это формула, а на практике всё это представляет собой всеобщее недовольство, перерастающее в какой то политический психоз.

Да что я говорю – те кто постарше, сами всё это пережили.

Что, причиной шахтёрских забастовок 1989 года было отсутствие мыла в душе?  Или их агенты ЦРУ организовывали? А на перманентные митинги у памятника Ползунову или у фонтана мы что, шли по приказу МИ-6?  И ведь тоже был дефицит, искусственно организуемый и массовое предательство элиты – тоже было.

И было это настроение – так больше жить нельзя.

Это сейчас мы с ностальгией вспоминаем советские времена, сравнивая их с нынешними. И дело не в дефиците колбасы – в Барнауле колбасу всегда можно было купить в коопторге, хотя и подороже, чем в государственном магазине.

Дело было в дефиците правды. Нет, тогда СМИ, в отличие от нынешних, не врали, не врали напрямую, — просто умалчивали и замалчивали, и с каждым годом это замалчивание всё увеличивалось, а дефицит информации пытались заменить барабанным боем..

А ещё- в дефиците возможностей самореализации. Социализма у нас не было, был переходный строй, через которое неизбежно проходит общество при переходе от одной формации к другой.   При этом перераспределение происходит по нормам уже новой общественной формации, а производство зиждется на старых основах. Так в поздней античности рабов отпускали на пекулий, они становились хозяевами мастерских, лавочек и собственных рабов, оставаясь при этом собственностью своего господина. И при абсолютизме уже действовал буржуазный рынок, но эксплуатация велась на основе  феодальных привилегий.

Так и у нас – распределение было уже социалистическим, а производство основывалось на старом буржуазном принципе наёмного труда.

Это уже не устраивало ни пролетариат, стремившийся к участию  в управлении производством и распределении прибыли, ни номенклатуру, которой надоело быть управляющими у  хозяина –государства и захотелось самим стать хозяевами.

Движение за различные формы подряда, тем более, подкрепляемые  массовыми забастовками,  открывали дорогу к полному социализму, но, как говорил Ленин, Рабочее движение само по себе не может подняться выше тредюнионизма, социалистическую идею в его среду должна внести интеллигенция.

В 1917 году нашлась такая группа интеллигентов, большевики, которая сумела возглавить рабочее движение и направить его по социалистическому вектору.

В 1991 году такой силы не нашлось и революционная ситуация обернулась контрреволюцией.

Сейчас консерваторы – охранители(ещё вчера бывшие либералами –разрушителями) , вроде Путина, говорят о бомбе, заложенной большевиками под Союз.  Да если бы не большевики, никакого Союза, никакой единой державы бы не было.

Страна развалилась ещё в 1918 и если бы не большевики, собрать бы её не получилось.

В настоящее время недовольство тоже копится. Пока что прорывается оно на либеральном фланге, что и понятно. В «лихие» или «святые» — кому как –девяностые власть стремилась действовать в интересах всей буржуазии в целом и отвечать настроениям широких обывательских масс, стремившихся влиться в ряды буржуазии.  Сейчас же власть действует в интересах крупной буржуазии и верхушки чиновничества.

Сейчас уже столь широкая демократия не нужна, гайки понемногу завинчивают, а посему мелкая буржуазия и частично «офисный планктон» чувствуют себя обманутыми.

Особенно это касается мелкой буржуазии, которая на совей шкуре чувствует все эти бюрократические проволочки м наезды.

Посему и стал героем Навальный с его лозунгом борьбы с коррупцией.

Но большинство населения это пока не трогает. Что такое коррупция для пролетария – это перераспределение изъятой у него прибавочной стоимости внутри класса эксплуататоров.

Другое дело – рост цен и тарифов, закрытие производств. Пока что не достигло критического уровня, но можно сказать, что Россия забеременела революцией.    Подойдёт ли это к революционной ситуации а, тем более, к революции или закончится каким то выкидышем – неизвестно.

В конце 19 века Маркс сказал, что Россия беременна революцией и предотвратить её может только небольшая победоносная война с Турцией или Австрией, либо преждевременное выступление революционеров. Тогда была и война с Турцией, и убийство Александра второго  и революционный дым рассеялся.

У нас Путин сумел нарастающее недовольство растворить в патриотическом воодушевлении – как же, КРЫМНАШ,  но это уже стало прошлым.  А что будет в будущем – посмотрим.

Александр Лобанов

Сейчас в интернете усиленно распространяется мнение, что КПРФ сдулась,  Зюганов продался власти и революцию он сделать не в состоянии. Уверяю вас, если на место Зюганова поставить, к примеру, Удальцова, революции всё равно не будет.

Это иллюзия, что революции делаются революционерами. Надо сказать,  советская пропаганда немало поработала по внедрению этой иллюзии в сознание, приписывая большевикам честь свержения царизма.

К 1914 году все террористические и боевые ячейки эсеров и анархистов были разгромлены, а политические партии после начала войны перешли на позиции оборончества, поддержки «своего» правительства. Осталась в реальной оппозиции и выступила с требованиями немедленного прекращения войны, и открыто заявила о планах превращения империалистической войны в войну гражданскую только партия большевиков.  Но декларации декларациями, а реальные возможности – это совсем другое. В сложившихся условиях все силы охранки были брошены против большевиков и реальной силы они внутри страны не имели.

Общая численность большевиков была 24 тысячи, в Петрограде – 2 тысячи, основная часть руководства находилась в эмиграции(Ленин, Зиновьев, Каменев)  в ссылке (Сталин, Свердлов) или на каторге(Дзержинский). Связь русского бюро с политическим руководством была нерегулярной, из за неоднократных арестов, а перед самыми февральскими событиями 1917 года Петроградский комитет был разгромлен.

А другие революционные партии, те же эсеры, тем более революцию не готовили. Можно сказать, что основную антиправительственную  пропаганду вела думская, системная оппозиция, но деятели типа Милюкова тоже о революции всерьёз не задумывались – добиться создания правительства, ответственного перед Думой  предел мечтаний. И заговорщики, готовившие вынудить Николая Второго  к отречению меньше всего думали о народной революции. Даже ликвидация монархии в их планы не входила – отречение в пользу Михаила или Николя Николаевича – вот на что рассчитывали заговорщики –и вдруг – февраль, власти в Петрограде фактически нет, всё надо создавать заново.

Революция – это стихия, а вызвать стихию искусственно или, тем более, противодействовать ей бессмысленно. Так, мы не можем вызвать извержение вулкана или, тем более, предотвратить его, но мы можем изменить направление лавового потока. Так и задача революционеров не «сделать» революцию, а направить начавшийся революционный процесс в нужную сторону, что невозможно без критической массы людей, разделяющих твои идеи и готовых действовать вместе с тобой.

На первых этапах революцию возглавляют люди вполне умеренных взглядов, но коль революция началась, настроения масс быстро радикализируются и лидеры, которые стремятся возглавить массы либо вынуждены менять свои взгляды, либо, что происходит чаще, поток событий отбрасывает старых руководителей м выдвигает новых.

О последовательной смене князя Львова Милюковым, а потом Керенским известно всем, но вот то, что Сталин в начале 1917 года занимал соглашательскую позицию, мало кому известно. Он говорил о необходимости поддержки временного правительства и возможности объединения с меньшевиками. Более того, первоначально он встретил в штыки ленинские апрельские тезисы, и только убедившись, что они с энтузиазмом восприняты рабочими питерских заводов изменил свою точку зрения.

Вообще, политический лидер – это, прежде всего, те политические слои, на которые он опирается и которые двигают его. Ленин, как политик, сформировался в период «союза борьбы за интересы рабочего класса», и сформировал его как политика именно  петербургский рабочий класс, наиболее квалифицированная и развитая его часть, которая ходила в воскресные школы  Питерские рабочие воспринимали оппозиционные идеи интеллигенции, это с одной стороны, а с другой они ещё не оторвались от своих деревенских корней.  Кроме того, петербургский пролетариат был многонационален и в силу этого интернационален. И самое главное – они привыкли защищать свои интересы начиная с обуховской обороны.

Впрочем, и весь пролетариат России , за спиной которого были многочисленные стычки с полицией и казаками и расстрелы демонстраций, знал, что надеяться на мирное решение вопросов нечего и надо идти до конца.

А вот возьмите еврокоммунизм шестидесятых восьмидесятых годов.  Не потому там стала невозможна революция, что к руководству компартиями пришли оппортунисты, а потому они пришли к руководству, что рабочий класс, который  буржуазия подкармливала за счёт сверхприбылей, получаемых  в третьем мире, совсем не был настроен на борьбу –и так хорошо.

Сейчас часто можно в интернете прочесть, что Сталин нужен.  Но не будет Сталина. Сталин опирался на молодой советский пролетариат, в основном перебравшийся из деревни в город, из избы с тараканами в рабочую общагу с душем, а то и в коммуналку с ванной. Перед тогдашними  пролетариями открывались перспективы получения образования,  и они  безраздельно верили своему вождю и готовы был без колебаний защищать его и своё настоящее, а в ещё большей мере – светлое будущее.

А нынешний пролетариат – он верит в светлое будущее и готов его защищать?

А тем более – бороться за это будущее.

Мы же все из перестройки вышли, только- только  появляется поколение, не отравленное её ядом. Впрочем, о поколении говорить рано, перестроечный яд и на молодёжь действует.

Мы, старики, любим проклинать Горбачёва и Ельцина, говорить, что нас обманули, ограбили. Да полно!  Не появились бы Горбачёв с Ельциным, и о приватизации никто бы не посмел заикнуться, если бы мы сами не были к этому готовы. Ведь что такое приватизация? Это разворовывание общественной собственности.  А разве мы в восьмидесятых этим не занимались, каждый, конечно, в разной степени.»На заводе ты не гость, утащи хотя бы гвоздь!»

А если сами не воровали, то ведь и не препятствовали этому. Как то знакомый шофёр, мимоходом, сбросил мне два рулона толи(я  «дачу» строил). Что я стал возмущаться, говорить, как можно государство обворовывать? Нет, я спасибо сказал.

И приватизационные чеки брали, надеясь, что если не две «Волги»,  то что то стоящее получим.  Это потом, когда поняли, что нас «кинули»,  и всё приватизировали без нас, мы заголосили и Ельцин враз из героя и любимчика превратился  в презираемого алкаша.

А что касается Зюганова, то он тоже ведь такой, как мы. Большинство населения страны продолжает верить Путину, а если не верит, то придерживается установленных его режимом правил игры.  Я вот, отвергая в душе нынешнее государство, не стал отвергать министерские почётные грамоты, давшие мне права на ветеранские льготы.

Так чем же я лучше Зюганова, принявшего из рук Путина орден?

Мы хотим, что бы кто то поднял народ и избавил нас от этого режима. Вот Зюганов не поднимает –он плохой. Но посмотрите, народ то пока не желает подниматься. Да, кое где у нас порой…

Но  это пока рябь, а не буря.  И, положа руку на сердце, сами то вы готовы рискнуть должностью,  пойти под резиновые дубинки, а то и пули? Нет, не вообще, а сейчас. Нет? Тогда нечего и воду в ступе молоть.

Конечно, напряжение нарастает и рано или поздно, нынешнему режиму придёт конец.  И возглавит начавшиеся перемены, на первых порах, лидер легальной, системной оппозиции. Возможно, что и Зюганов.  А что будет потом – посмотрим. Сумеет ли этот лидер соответствовать настрою всё более смелеющих масс, или его сменит другой –как знать.

Александр Лобанов.