Октябрь 1993 года. Вопросы без ответов…

Тридцатилетие сентябрьско-октябрьского политического кризиса 1993 года в постсоветской Российской Федерации почти не упоминается официальными СМИ. Тема табуирована властями.

Развязка кризиса

Тридцать лет назад измученная гайдаровско-ельцинской «шоковой терапией» страна ожидала развязки конфликта президента и парламента. Напомню слова Ельцина: «Август — предстартовый. «Артподготовка». Сентябрь — политическое наступление».

Ситуация для команды Ельцина и её заокеанских хозяев становилась всё более угрожающей.

Конституционный суд в начале сентября 1993 года вплотную подошёл к рассмотрению ходатайства о неконституционности Беловежских соглашений, упразднивших СССР. Уже были назначены судьи-докладчики О. Тиунов и В. Лучин. Ясно, что политический эффект от рассмотрения этого дела был сопоставим с «делом КПСС» и создавал потенциальную угрозу для легитимности президента, избранного как глава союзной республики в составе СССР, а не самостоятельного государства.

На 17 ноября 1993 года намечался Съезд народных депутатов РФ, который должен был окончательно решить вопрос о новой Конституции. В условиях, когда президент потерял контроль над большинством съезда и Верховного Совета, а также на основе предварительных выводов из конституционной дискуссии в субъектах Федерации, можно было предполагать, что вариант суперпрезидентской республики, отстаивавшийся в конституционном проекте Б.Н. Ельцина, явно не мог рассчитывать на одобрение.

Верховный Совет приступил к разбирательству о незаконности указа Ельцина о приватизации и пресловутых ваучерах. Как всё больше выяснялось, указ мошенническим образом был протащен через Верховный Совет и получил силу закона.

Политическая ситуация для Ельцина становилась угрожающей.

В 20.00 21 сентября (не 19, как планировалось, и не 26, как просили силовые министры) были оглашены обращение президента Б.Н. Ельцина к гражданам России и указ №1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации». А спустя час Президиум Верховного Совета Российской Федерации принял постановление «О немедленном прекращении полномочий Президента Российской Федерации Б.Н. Ельцина».

Конституционный суд РФ на своём заседании вечером 21 сентября принял заключение «О соответствии Конституции Российской Федерации действий и решений Президента Российской Федерации Б.Н. Ельцина, связанных с его Указом №1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации» от 21 сентября 1993 года и Обращением к гражданам России 21 сентября 1993 года». В заключении КС (№ З-2), имеющем высшую юридическую силу, признал указ не соответствующим Конституции и в соответствии со статьёй 121.6 которой полномочия Президента Российской Федерации Б.Н. Ельцина прекращались немедленно.

Уже ночью 22 сентября 1993 года это заключение было оглашено председателем Конституционного суда РФ В.Д. Зорькиным на сессии Верховного Совета РФ. Как свидетель этого выступления, отмечу, что оно вызвало подъём среди депутатов. Тут же с опорой на судебное решение было принято постановление «О прекращении полномочий Президента Российской Федерации Ельцина Б.Н.» и «Об исполнении полномочий Президента Российской Федерации вице-президентом Российской Федерации Руцким А.В.».

Руцкой сразу был приведён к президентской присяге. Всё происходило на высокой эмоциональной ноте. Только о решениях съезда и о том, что у страны вместо Ельцина другой законный президент, граждане толком не узнали: законный парламент был отключён от доступа к телевидению и радио, потом от телефонной связи и электроэнергии, а затем Лужков отключил здание парламента и от канализации.

Созванный 23 сентября 1993 года десятый Съезд народных депутатов Российской Федерации на следующий день принял постановление «О политическом положении в Российской Федерации в связи с государственным переворотом», в котором определил, что «любые выборы в условиях продолжающегося государственного переворота не могут быть признаны законными». Съезд принял также постановление в ответ на обращение руководителей субъектов РФ и председателя Конституционного суда, выдвинувшего идею «нулевого варианта» для обеих ветвей власти, — «О досрочных выборах народных депутатов Российской Федерации и Президента Российской Федерации». Им определялось, что они будут одновременными и пройдут не позднее марта 1994 года.

Со своей стороны, Ельцин назначил выборы в Государственную думу Федерального собрания Российской Федерации на 11—12 декабря 1993 года, поручив будущему «Федеральному Собранию рассмотреть вопрос о выборах Президента Российской Федерации».

Региональные Советы в большинстве своём встали на сторону съезда, осудив президентский Указ №1400.

С этого момента внешней, публичной стороной противостояния стала борьба вокруг формулы досрочных выборов президента и народных депутатов. Этой проблеме были посвящены как переговоры в Свято-Даниловом монастыре при посредстве Патриарха Алексия II, так и различные совещания глав региональной исполнительной и представительной властей, что собирались В.Д. Зорькиным сначала в Санкт-Петербурге, а затем в зале Конституционного суда в Москве.

Отмечу, что противостояние региональных руководителей Советов и части глав администраций команде Ельцина было очень велико. Я был свидетелем заявления на совещании у Зорькина 30 сентября некоторых глав сибирских регионов, которые говорили о готовности перекрыть газо- и нефтепроводы, идущие в центр России и на запад. Но реальных действий по деэскалации конфликта от регионов не последовало. Давление общественного мнения привело к тому, что Б.Н. Ельцин сначала был вынужден издать указ о назначении досрочных президентских выборов на 12 июня 1994 года, спустя полгода после парламентских. А затем, по свидетельству председателя Конституционного суда В.Д. Зорькина, утром 3 октября дал согласие на обсуждение варианта об одновременных досрочных выборах президента и депутатов. Об этом в 16 часов 3 октября было даже сообщено по радио.

Помню, как председатель Конституционного суда вернулся после встречи с Черномырдиным в этот день. Он с надеждой сообщил о возможном выходе из тупика: дано, дескать, согласие президентской стороны на одновременные досрочные перевыборы парламента и президента 12 декабря. Но…

Этот малоизвестный сегодня факт о почти достигнутом компромиссе говорит о том, что шанс на мирный исход кризиса, причём очень большой шанс, был. Но сторонники жёсткого, кровавого варианта, как внутри ельцинской администрации, так и из числа западных кураторов, провернули свою спецоперацию.

Демонстрация сторонников парламента 3 октября как-то смогла прорвать многочисленное оцепление на Садовом кольце. А затем манифестанты прорвались к блокированному «Белому дому». Здесь сторонники Советской власти были обстреляны то ли из мэрии (она располагалась в бывшем здании-книжке СЭВ), то ли из зданий близ посольства США, то ли с колокольни церкви Девяти мучеников Кизических в Девятинском переулке. В ответ люди от «Белого дома» пошли на штурм бывшей высотки СЭВ и гостиницы «Мир». Затем произошли известные трагические события у телецентра «Останкино», где собрались 10 тысяч митинговавших (по оценке МВД). Ну а дальше про общие перевыборы депутатов и президента 12 декабря уже не упоминалось. Произошло введение президентом Б.Н. Ельциным чрезвычайного положения в 18 часов 3 октября и расстрел парламента 4 октября. Шанс на мирный выход из кризиса путём одновременных перевыборов президента и народных депутатов был перечёркнут.

О правовых «бомбах-закладках»

Борьба за сохранение Советской Конституции РСФСР 1978 года (при всех её изменениях и латаниях), противодействие ельцинскому антигосударственному перевороту 1993 года до сих пор выдаётся властями как нечто предосудительное и не заслуживающее памяти. Президент Путин своим приветствием дал старт официальному празднованию антиконституционного указа Ельцина от 24.09.1993 №1438 «О формировании Центральной избирательной комиссии по выборам в Государственную думу Федерального Собрания Российской Федерации». И вот с его подачи широко отмечается сегодня якобы «тридцатилетие российской избирательной системы». В школах даже провели специальные уроки. Детям по методичкам рассказывают про тридцатилетие российской избирательной системы, как будто до этого была правовая пустота.

Молодые поколения из этих «празднований» так и не узнают, что ельцинским указом о формировании нынешней ЦИК де-факто была ликвидирована легитимная Центральная избирательная комиссия во главе с Василием Ивановичем Казаковым. Тем самым, который по Конституции как глава ЦИК открывал Первый съезд народных депутатов РСФСР и председательствовал на съезде с 16 по 29 мая 1990 года до момента избрания Ельцина Председателем Верховного Совета. Кстати, именно В.И. Казаков организовывал ежедневный ритуал приветствия Красного флага РСФСР, который первое время даже Ельцин боялся отменить. Именно В.И. Казаков проводил пресловутые референдумы «ДА-ДА-НЕТ-ДА» в апреле 1993 года, когда Ельцину не удалось продавить легитимное решение о роспуске Съезда народных депутатов. Понятно, что такой избирательной системе во главе с таким председателем нельзя было доверять со стороны разрушителей-реформаторов ни выборы в Госдуму после расстрела парламента, ни референдум по новой «танковой» Конституции.

Кстати, здесь ещё одна правовая «бомба-закладка». Референдум 12 декабря 1993 года о новой Конституции, проведённый для закрепления победы Ельцина над парламентом, также был проведён в нарушение требований существовавшего, действовавшего и никем не отменённого или приостановленного закона «О референдуме РСФСР». Этот закон требовал одобрения вынесенных вопросов на референдум абсолютным количеством голосов от всех избирателей, а не только голосующих. Кстати, текст проекта Конституции, вынесенной на референдум ельцинским указом от 15 октября, был опубликован для всеобщего ознакомления только 10 ноября и фактически не прошёл даже самой элементарной юридической экспертизы и обсуждения граждан.

По ельцинским, а не действовавшим по закону в тот момент правилам результаты референдума считались вовсе не от «принявших участие». И даже не от числа бюллетеней, обнаруженных в избирательных урнах. Результаты считались… только от числа действительных бюллетеней, а «действительность» бюллетеня определялась на местах по целесообразности.

Напомним, что даже после официально признанных фальсификаций и внесённых официально корректировок в результаты этого «облегчённого» референдума новую Конституцию поддержал лишь 31% граждан, внесённых в списки для голосования. Но по «президентским правилам», «за» Конституцию было подано 58,43% голосов. Если же считать «от бюллетеней, обнаруженных в ящиках», то результат равен 57,5%. А от «выданных бюллетеней» — уже 56,60%. Ну и вишенка на торте конституционности: даже по ельцинским правилам в 14 регионах референдум не состоялся.

Именно чтобы «замести под лавку» юридические следы манипуляций, Ельцин приостановил работу Конституционного суда и отставил с поста председателя суда Зорькина. Да, потом судьи проявили фронду и вернули Зорькина в 2003 году на пост председателя КС, а Путин потом его переназначал. Но тема юридических фокусов при утверждении «танковой Конституции» официально была «забыта».

Неотвеченные вопросы

Фракция КПРФ неоднократно поднимала острые и неотвеченные с политической и правовой точек зрения вопросы, связанные с событиями сентября — октября 1993 года. В первой Думе удалось даже принять постановление от 16 февраля 1994 года №56/1-1 ГД «Об утверждении состава комиссии по расследованию событий 21 сентября — 4 октября 1993 года». Но оно утратило силу из-за постановления об амнистии участникам событий 1991—1993 гг.

Незавершённое расследование тех событий и поспешное принятие акта об амнистии так и не дали ответа на многие вопросы. До сих пор нет чёткости в понимании роли, степени ответственности конкретных лиц, повинных в организации насильственного захвата власти, в гибели, ранениях и увечьях защитников российского парламента, в незаконных арестах и политических преследованиях многих народных депутатов, других граждан Российской Федерации.

Кроме того, материалы комиссии Государственной думы Российской Федерации по дополнительному изучению и анализу событий, происходивших в городе Москве 21 сентября — 5 октября 1993 года (была создана по постановлению Госдумы от 28 мая 1998 года № 2247-II ГД) и специальной комиссии Государственной думы по оценке соблюдения процедурных правил и фактической обоснованности обвинения, выдвинутого против Президента Российской Федерации (постановление Госдумы от 19 июня 1998 года № 2636-II ГД), а также опубликованные в последние годы многочисленные свидетельства очевидцев тех событий, документы, экспертные заключения и другие ранее неизвестные материалы исследований специалистов, учёных говорят о ещё более масштабных драматических последствиях произошедшего в Москве.

Прежде всего, общественность и экспертов продолжают будоражить различные свидетельства о значительно превышающем официальные данные числе граждан, убитых и пострадавших при штурме Дома Советов. По оценке Генеральной прокуратуры, на улицах столицы в те дни было убито 147 и ранено около 400 человек.

Не дана оценка публикациям из Архива президентской библиотеки Клинтона, где представлена запись разговора Ельцина и Клинтона от 21 сентября 1993 года. Вот цитата из этого разговора:

Ельцин: Билл, Верховный Совет полностью вышел из-под контроля. Он больше не поддерживает реформы. И вообще они там стали коммунистами. Я решил его разогнать.

Клинтон: Армия и спецслужбы на твоей стороне?

Ельцин: Да.

Клинтон: Хорошо. На неделе Сенат выделит вам ещё 2,5 млрд долларов.

До сих пор нет оценки заявлениям тогдашнего заместителя командующего ВДВ генерал-лейтенанта Сорокина, который утверждал, что на его глазах стреляли с крыши американского посольства, с ближних крыш домов, стреляли по солдатам, по десантникам — для того чтобы, мягко говоря, возбудить ненависть к защитникам Верховного Совета. А также не оценено заявление народного депутата Ионы Андронова, который провёл накануне расстрела Дома Советов две встречи с представителями посольства США, пытаясь убедить их повлиять на Ельцина и отменить штурм парламента. В ходе переговоров депутатам было заявлено, что американская сторона рассматривает силовое решение как дело решённое. Позже в ходе штурма депутат Андронов узнает среди бойцов «Альфы» одного из сотрудников посольства США, переодетого в форму «Альфы».

До сих пор никак юридически не оценены выводы думских комиссий и рабочих групп о том, что из оружия, которое было у защитников Дома Советов, ни один гражданин не был убит. А таких стволов было изъято 926.

Абсолютно нерасследованными остаются события утром 4 октября, когда дивизия Дзержинского ещё до расстрела Белого дома успела повоевать с Таманской дивизией, с Кантемировской дивизией и с 42-м воздушно-десантным полком. В итоге на улицах Москвы появилось несколько сгоревших бэтээров, а потом оформились по закрытым указам два Героя России и целая группа награждённых.

Не оформлен юридически и вывод о том, что никакого штурма телерадиоцентра «Останкино» митингующими сторонниками Верховного Совета не было. А это главный козырь ельцинской пропаганды и обоснования введения военного положения в Москве 3 октября 1993 года. Кстати, в тот день «Останкино» защищали порядка 900 военнослужащих внутренних войск и работников милиции, большая часть из них были спецназовцы. А основная масса погибших — малолетние или пенсионеры, так как бэтээры ездили вокруг телецентра и постоянно вкруговую обстреливали окружающую территорию и дома.

Не ясно до сих пор, что произошло и кто спровоцировал кровопролитие в Москве в треугольнике зданий Дом Советов — посольство США — мэрия (бывший СЭВ) уже после того, как утром 3 октября Ельцин дал согласие на обсуждение варианта об одновременных досрочных выборах президента и депутатов, что означало принятие мирного плана Зорькина.

Без ответов на эти и многие другие вопросы невозможно извлечь надлежащие уроки из трагических событий 1993 года.