История моей семьи: Брагины, Рякины, Злобины

Я – Брагин Алексей Александрович (род. 28.03.1968 года)

Это я.

Мои родители Брагин Александр Прокопьевич (01.01.1939 г-11.04.2013 г) и Брагина (Рякина) Неля Васильевна (26.10.1937 г. – 23.06.2018 г.) по национальности русские. Родились они в Кировской области (Вятской губернии) на территории современного Фаленского района. Мама родилась в Зуевке (ее родители – мои бабушка-дедушка из села Низево), а отец родился в деревне Сергачи.

Мои родители Неля и Александр Брагины. Только поженились. Ноябрь 1960 года.

Дедушка мой Прокопий Иванович Брагин (21.07.1912 г – 02.02.1955 г.) женился на моей бабушке Брагиной (Злобиной) Марие Яковлевне (14.04.1910 г.- 30.05.1994 г.) в 1930 году в 18-летнем возрасте. В 30-е годы его призвали в Армию. Он служил в кавалерии в Казахстане под Семипалатинском. Потом вернулся домой в деревню. В 1938 году он вместе с женой поехал работать на Челябинский тракторный завод. Там сам вырыл себе землянку, в которой жил с женой. Потом моя бабушка уехала рожать в деревню, а мой дедушка продолжал работать на заводе. 1 января 1939 года моя бабушка родила моего папу.

Потом моего деда снова призвали в Армию. В ноябре 1939 года началась война СССР с Финляндией. Но война быстро закончилась: мой дед так и не успел повоевать. После этого он маршем (пешком) со своей воинской частью прошел через Прибалтику. В боях в Прибалтике он тоже не участвовал.

Мой дедушка Прокопий Брагин (слева) — фронтовик.

После этого дедушка вернулся домой. Потом началась Великая Отечественная война. Уже 23 июня 1941 года дедушку проводили на фронт. Он участвовал в тяжелых боях. Был ранен в руку, лежал в госпитале. Потом попал в окружение под Москвой, с боями вышел из окружения. А потом служил на Ленинградском фронте. Посещал блокадный Ленинград, делился хлебом с голодающими ленинградцами. 22 февраля 1943 года его тяжело ранили во время прорыва блокады Ленинграда. После этого он пролежал около одного года в госпитале. Ему ампутировали руку, было ранение в голову. Он стал инвалидом. Он вернулся в родную деревню и был несколько лет председателем колхоза. Я храню дома его Орден Славы. Дедушка был членом КПСС.

Отец рассказывал, когда дедушка вернулся из госпиталя, он подарил сыновьям по кусочку сахара и по сухарику белого хлеба. Отец говорит, что он тогда впервые попробовал белый хлеб. Время было голодное.

Мои бабушка и дедушка Мария и Прокопий. Слева мой дядя Валентин. Между бабушкой и дедушкой мой отец Александр. Самый маленький мой дядя Леонид.

У моей бабушки Марии было трое сыновей: мой отец Александр – старший (1939 г.), Валентин (1941 г.) и Леонид (1947 г.). У Валентина двое детей: Лариса и Михаил (мои двоюродные сестра и брат). У Леонида тоже твое детей: Николай и Максим (мои двоюродные братья).

Мои родители зарегистрировали брак 21 ноября 1960 года. Отец окончил Кировский лесотехнический техникум, а мама – двухгодичное училище связи в Кирове. Отец три года служил на Тихоокеанском флоте. Когда родители поженились, отец еще служил в Армии. Для участие в свадебной церемонии ему дали краткосрочный отпуск.

В 1964 году (11 июня) в райцентре Фаленки родилась моя сестра Светлана. В 1965 году (в конце лета) родители переехали в Барнаул. Здесь, в Барнауле, отец заочно окончил Барнаульский педагогический институт (филолог), а мама – Кировский лесотехнический техникум. Родители были членами КПСС. В последующие годы они окончили университет Марксизма-ленинизма.

В Алтайском крае в с. Гоньба гор. Барнаула родился я 28 марта 1968 года. В тот же год 20 июля 1968 г. родители вместе со мной, сестрой, бабушкой и ближайшими родственниками отпраздновали новоселье в двухкомнатной кооперативной квартире (ул. А. Петрова, д. 172 кв. 45). Меня заносил домой родственник Валерий. Я все время кричал. Открыли одеяло: оказалось, что он держал меня на руках вниз головой. В этой квартире прошли мое детство, юность и молодость.

Мои родители, бабушка Анна, сестра Света и я. 1970 год.

У меня есть сестра Цыбенко (Брагина) Светлана Александровна (род. 11.06.1964 г). Она окончила с отличием Барнаульский педагогический институт (математик). Работала в школе учителем математики. Сейчас она на пенсии. У нее есть дочь Назарова (Цыбенко) Вера Анатольевна (род. 1988 г.). Она окончила с отличием Алтайский медуниверситет. Сейчас работает врачом. У сестры есть один внук – Андрей.

Расскажу далее о моих прадедах по отцовской линии. Родители моего деда Прокопия: Брагин Иван (1888-1914) и Брагина Софья Лукьяновна (1882-1962). Прадед Иван Брагин погиб в первые месяцы Первой Мировой войны. У прадеда Ивана было два брата, которые во время Столыпинской реформы (до революции 1917 года) уехали на Алтай, в дальнейшем их следы затерялись.

У моей прабабушки Софьи Брагиной было три дочери (Анастасия, Наталья, Мария) и сын Прокопий (мой дедушка). Прадед Иван не вернулся с Первой Мировой войны, и прабабушка вышла замуж повторно.

Родители моей бабушки Марии: Злобин Яков Моисеевич (1863 г. – 1.08.1938 г.) и Злобина Устинья Кирсановна (1864 г. – 5.08.1944 г.). У них были дети: Архип, Михаил, Степанида, Наталья, Спиридон, Мария (моя бабушка).

Мои родные бабушка и дедушка (по маме) родились в Вятской губернии, Слободском уезде, Островновской волости в селе Низево (сейчас на территории Фаленского района). По рассказу моей бабушки, полдеревни были Рякины. Бабушка Рякина (в девичестве тоже Рякина) Анна Федоровна (10.09.1897 – 23.07.1981) и дед Рякин Василий Иванович (1894 – 9.02.1950).

Насколько мне известно, мои предки в давние времена были государственными крестьянами (не помещичьими крестьянами), т.е. считались лично свободными, но прикрепленными к земле. Возможно, мои предки были монастырскими крестьянами. В старой переписи 17-го века упоминаются фамилии Рякины (жители Низева). Вообще, это старинная русская фамилия – Рякины. То есть, живут на Ряке (реке).

Бабушка была из семьи середняков, у них была лошадь, поэтому жили бедно, но терпимо. А вот дед был из очень бедной семьи. У них в доме даже не было печной трубы и избу топили по-черному. Валенки были одни на всю семью, поэтому зимой дети выбегали на улицу по очереди.

Но в домах у русских крестьян было чисто и опрятно. Мне запомнился рассказ бабушки, как раньше сватались к девушкам. Придут сваты в дом к невесте с шутками-прибаутками. И первым делом начинают во все углы заглядывать. Вначале в сенки зайдут, посмотрят, какой там порядок.

У вятских крестьян раньше было принято сооружать туалет прямо в сенках. И даже там сваты все обязательно проверят, а уж потом зайдут в избу. Так, где тут невеста спит? И под кровать заглянут. А, если, где какой мусор увидят, или пыль, то сразу разворачиваются. Дескать, мы к вам по ошибке зашли, нам тут делать больше нечего.

В вятских деревнях неряшливых людей не любили, бабушка их называла «странями». А, вообще, странь – это чисто вятский диалект. Мне пришлось бывать в разных регионах страны, но нигде больше такого слова я не слышал. Поэтому, когда я слышу, что якобы русские люди неряшливый народ, у меня есть, что на это возразить. Я горжусь своими русскими, крестьянскими корнями. В нашей семье из поколения к поколению передавалась любовь к порядку. 

Бабушка Анна и дедушка Василий до революции 1917 года окончили начальную церковно-приходскую школу. Оба были отличники. По рассказам бабушки Анны, порядки в школе были строгие: шалунов и лентяев ставили в угол на горох. В школе изучали закон божий, поэтому бабушка помнила наизусть молитвы и до конца жизни оставалась набожной.

Бабушка мне рассказывала про своего отца Федора Евдокимовича Рякина. Прадед мой хоть и был простым крестьянином, но проявлял большой интерес к политике, поэтому вступил в партию эсеров. Он читал и распространял среди односельчан запрещенные газеты. Одно время его преследовала полиция, и он был вынужден скрываться в лесах-болотах, а бабушка носила ему в узелке еду. Бабушка рассказывала, что он даже был делегатом партийного съезда. Но в начале 20-х годов он в быту ошпарился кипятком, стал инвалидом, поэтому далее активного участия в политической жизни страны не принимал.

Мой прадед Федор Рякин со своей женой (не моя прабабушка) и детьми. Моей бабушки Анны на фото нет.

Интересная история сохранились о моей прапрабушке (бабушке моей бабушки Анны). Мою прапрабабушку звали Агафья Михайловна. Когда Агафье было 5 лет, ее родного брата Ивана Михайловича забрали служить в Армию. Писем тогда не писали (очевидно были неграмотные), много лет никаких вестей о брате не было. Забирали брата Агафьи в Армию из соседней деревни Непеинцы (Вятская губерния, Слободской уезд, Островновская волость). Стоит деревня на речке Яровка. По всей видимости, там жили мои очень дальние предки. Еще в 50-е годы XX была на карте такая деревня Непеинцы, а сейчас такой деревни уже не существует.

Прошло много лет после того, как у Агафьи (моей прапрабабушки) забрали в Армию брата, о нем много лет не было никаких вестей. Агафья выросла, вышла замуж. Повторно вышла замуж за Евдокима Ермолаевича (что стало с первым мужем Агафьи — не знаю). У Агафьи было три дочери и один сын Федор (мой родной прадедушка).

Агафья переехала с семьей жить в село Низево. По сведениям 1859-1873 годов, в Низево было 20 дворов, проживало 66 лиц мужского пола и 79 лиц женского пола. В селе была православная церковь.

По данным 1880-1886 годов, в Низево было 23 двора и 161 житель. Были православная церковь, школа, лавка и красильный завод. Через село Низево проходил знаменитый Сибирский тракт. Это была единственная дорога, которая соединяла европейскую и азиатскую части нашей страны. По Сибирскому тракту везли различные грузы (в том числе в Китай), по этой дороге шли в Сибирь осужденные, закованные в кандалы. И самые разные люди шли по этой дороге.

Агафья жила рядом с лавкой (это была единственная лавка на все село). Возле этой лавки иногда останавливались путники. К Агафье часто стучались в окно: просили воды попить. Просились к ней и переночевать, но ночевщиков она в дом не пускала. Жили очень тесно и бедно. Изба была курная (дымная). Стены были в саже, когда избу топили, все выходили во двор.

И вот однажды в окно к Агафье постучал демобилизованный солдат. Попросил воды попить. Слово за слово, и выяснилось, что это ее родной брат Иван. Он прослужил 25 лет в Армии и направлялся в свою родную деревню Непеинцы. Тут его сестра узнала, стала обнимать и приглашать в дом. Так брат с сестрой встретились после большой разлуки.

Знаю, что эта история с нашей семье произошла в XIX веке. Это не миф, а подлинная история (сохранились записи моей бабушки), но точную дату не назову. Моей бабушке Анне эту историю рассказывала ее бабушка Агафья.

В историческом справочнике выяснил, что срок службы в 25 лет был установлен Петром Третьим в 1762 год. При Николае Первом стали служить 20 лет, а потом 12 лет. С 1874 года стали служить 6 лет.

Мой дед Василия Рякин принимал участие в Первой мировой войне. В качестве семейной реликвии мы храним трофейный немецкий компас, который он привез с той войны. Сохранилась и фотография той поры, на которой дед со своими однополчанами. Когда началась Гражданская война, он вступил в Красную Армию, а затем в большевистскую партию. Где и как он воевал – об этом я ничего не знаю.

Мой дедушка Василий (в центре) с однополчанами. Первая Мировая война.

Запомнил я еще одну историю, которую мне бабушка рассказывала. Рядом с Низево был какой-то водоем (то ли озеро, то ли пруд). И в нем водилось много рыбы. А когда была война, мимо шли солдаты. Бросили гранату в воду, рыба всплыла. Ухи сварили и ушли. Но с тех пор рыбы там не стало.

После войны дед Василий вернулся в Низево, и там они с моей бабушкой поженились. Их обручальные серебряные кольца мы тоже храним. В 20-е годы дед с бабушкой уехали из села. Но там остался мой прадед Федор Рякин. Его жена (моя прабабушка) умерла, и он женился во второй раз. Причем, его вторая жена была сверстницей моей бабушки. Во втором браке у прадеда родились еще дети, которые воевали в годы Великой Отечественной войны. А прадед мой Федор умер сразу после войны.

У Василия и Анны Рякиных выжило трое детей: Владимир, Инесса, Неля (моя мама). Бабушка еще рожала детей, но они все умерли младенцами. Бабушка Анна часто вспоминала свою дочку Галю, которая ушибла коленку (коленка загноилась) и умерла в возрасте 6 лет.

Mои бабушка и дедушка Анна и Василий Рякины, их дети Владимир, Инесса, Неля (младшая).

Мой дядя Владимир Васильевич Рякин (1930 года рождения) после службы в Армии переехал в Низево. И там прожил всю жизнь, работал трактористом в колхозе. У него было двое детей – Алла и Александр (мои двоюродные брат и сестра).

У моей тети Инессы два сына Владимир и Виталий.

Мои бабушка и дедушка в разные годы жили в Кудымкаре, в Верещагино, а в конце 30-х годов переехали в Зуевку, где в 1937 году родилась моя мама Брагина (Рякина) Неля Васильевна. С той поры сохранилось несколько групповых фотографий. Кто эти люди, с которыми фотографировались мои дед и бабушка, я не знаю. Но еще в детстве любил рассматривать эти старинные фотографии. Дед мой был на руководящей работе, занимался заготовкой хлеба.

Дед Василий в центре и бабушка Анна (ребенок на руках). 20-е годы.
Дед Василий — второй слева.
Дед Василий — ответственный работник, член партии большевиков, занимался хлебозаготовками, «раскулачивал» врагов народа.
Дед Василий и бабушка Анна (слева) на старинной групповой фотографии. 20-е годы.

В годы Великой Отечественной войны мой дед работал на железной дороге. Умер он в 1950 году. А бабушка прожила до 80-х годов и в детстве нянчила и воспитывала меня.

Анализируя рассказы моей бабушки и то, что я в книгах прочитал, прихожу к выводу, какую значительную роль сыграл Великий Октябрь в жизни простой крестьянской семьи. Ведь жили крестьяне до революции в бедности и невежестве.

У дедушки-бабушки Василия и Анны Рякиных было начальное образование, у дедушки-бабушки Прокопия и Марии тоже было начальное образование. Но они всячески содействовали своим детям, чтобы те получили достойное образование. Советская власть дала хороший старт к развитию и благополучию нашей семье.

Посмотрите на фото, какие счастливые дети были в СССР. Mоя тетя Инесса (вторая слева в нижнем ряду) в пионерском лагере. Еще до войны.

И мои родители, дяди, тети — все тянулись к знаниям, у всех за плечами десятилетка, техникумы, вузы. Честных тружеников всегда ценила советская власть. У третьего поколения нашей семьи — внуков (моего поколения) — практически у всех высшее образование.

Поэтому с грустью смотрю на то, что сейчас происходит в нашей стране. Селу Низево больше 330 лет. В годы советской власти оно достигло своего расцвета. А сейчас колхоза нет, школу закрыли, и доживают там одни старики. Буржуазная власть обрекает свое население на нищету и темноту. Но ничего, переживем и эти лихие (регрессивные) времена, и наша страна непременно вернется на прогрессивный социалистический путь развития.

Это моя родословная.